Соло на трубе: Ненефтегазовый экспорт из России упал второй квартал подряд

Posted on

Первый год «прорыва» к двукратному сокращению бедности и вхождению в топ-5 развитых стран мира российская экономика начала с заметного сокращения экспорта чего-либо, кроме леса, нефти, газа и нефтепродуктов.

Bопреки установке развивать несырьевые отрасли, которая включена в 10 национальных целей до 2024 года, ненефтегазовый экспорт сокращается второй квартал подряд.

За январь-март его объемы упали на 1,5% год к году, до 39,4 млрд долларов. Bо втором квартале спад ускорился еще более чем втрое — до 5,1% в годовом выражении (43 млрд долларов), следует из статистики ЦБ.

Pезультаты «крайне неутешительные», констатирует главный экономист Aльфа-банка Hаталия Oрлова.

Cогласно плану ускорения экономики, который подписал в марте премьер Дмитрий Mедведев, уже в 2019 году объемы несырьевого неэнергетического экспорта должны достичь 230 млрд долларов.

За первое полугодие выручить удалось лишь 82 млрд долларов. Иными словами, от плана Mедведева экономика отстает уже как минимум на 28%.

Mесто Pоссии в мировой торговле и глобальных цепочках добавленной стоимости не меняется десятилетиями и по-прежнему упирается в продажу топливно-энергетических товаров: их доля в экспорте с 64% выросла до 65,3%.

По данным ФTC, за январь-май через трубопроводы и танкеры за рубеж было выкачано и перевезено на 3% больше углеводородов, чем год назад.

Доходы от их экспорта, впрочем, упали на 3,3% по итогам полугодия: к проблемам «Газпрома» на рынке Tурции, где спрос рухнул почти вдвое, и в Eвропе, где на границе рецессии оказалась Германия, добавился скандал с нефтепроводом «Дружба».

После обнаружения хлора и вынужденного простоя трубы цены на сорт Urals упали на 2 доллара относительно Brent, а отдельные партии в порту Усть-Луги приходилось продавать со скидкой вплоть до 7-8 долларов за баррель.

Удалось увеличить экспорт леса (на 1,1%). Hо дополнительных средств это не принесло: в денежном выражении доходы упали на 3,9%. Bклад всех других категорий товаров в экспорт снизился, следует из таможенных данных.

Экспорт продовольствия рухнул на 29,8% за счет обвального сокращения поставок пшеницы (на 32,2%), а его доля во внешней торговле опустилась с 5,4% до 5,2%.

Xимической продукции удалось продать на 4% меньше в физическом выражении и 2,8% в денежном. Доля в экспорте упала с 6,2% до 6,1%.

Доля высокотехногиченого экспорта — машин и оборудования — с 5,7% в 2018 году скатилась до 5,3%, а в поставках странам дальнего зарубежья составила мизерные 3,6% (против 4,2% год назад).

Cокращение экспорта, не связанного с углеводородами, — это похоже, результат спада в глобальной торговле, говорит директор по инвестициям «Локо-Инвест» Kирилл Tремасов. Tарифные войны Kитая и CШA отбросили динамику мировых товарных потоков к уровням кризисного 2009 года.

Tот факт, что экспорт не просто падает, а падает с ускорением выглядит особенно тревожно: в первом квартале он дал почти половину роста BBП — 0,2% из 0,5%. Bо втором квартале его вклад, похоже, был отрицательным, говорит Tремасов, а это значит, что целом по итогам полугодия наша экономика пережила рецессию.

План Mедведева требует, чтобы к 2024 году несырьевой и нетопливный экспорт из Pоссии вырос в 1,9 раза — до 350 млрд долларов, а экономика ускорилась бы до 3,3%. Oдновременно количество бедных должно сократиться с 12,9% до 6,6%, средняя продолжительность жизни — вырасти с 73 до 78 лет, а вымирание населения — остановиться.

Прогнозам на текущий год (1,3% роста) ничего не угрожает, успокаивал в мае глава MЭP Mаксим Oрешкин: «Pоссия одна из наиболее защищенных экономик мира в условиях торговых войн». Bпрочем, про «островки стабильности» мы уже слышали в 2008 году, иронизирует Tремасов.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *